Писатель: Вагапов А. С.
Входит в цикл: “Монография”
Глава в томе: Высокое Искусство
Случайный абзац
Между тем оно употребляется при сухих, официальных отношениях: dear Sir, dear Mr. Randel -- и скорее всего соответствует нашему слову уважаемый, и тот переводчик, который переведет его точнее, сделает большую ошибку.IVКогда-то довольно давно я увидел в Художественном театре комедию Мольера "Тартюф" в переводе неизвестного поэта.Но после первых же строк на меня повеяло чем-то давнишним, знакомым, памятным мне с самого раннего детства. По этому переводу лет восемьдесят тому назад, когда мне было лет пять или шесть, я играл "Тартюфа" вместе со своей старшей сестрой. Во всей этой пьесе я, конечно, ценил главным образом то, что Оргон прячется под столом, прикрывается скатертью и потом внезапно выскакивает и набрасывается на злодея Тартюфа. Я был уверен, что именно в этом заключается все содержание пьесы. Выскакивая из-под стола, я всякий раз говорил:Ну, признаюсь, изрядный негодяй!И кто поверил бы тому, что я услышал?А сестра говорила мне в рифму:Мой друг, ты слишком рано вышел,Скорей опять туда же полезай, --И жди конца: из-за одних догадокНельзя беситься так! Взгляни: ты сам не свой!"Как может человек быть нечестив и гадок!" -- восклицал я, бессознательно радуясь звонкой патетической рифме и потрясая с большим удовольствием шестилетним своим кулаком.И потом набрасывался на Тартюфа, хватал его за штаны и кричал:Ах, праведник! Так вот на что направил тыСвои безгрешные мечты!Именно эти стихи я услышал теперь со сцены и обрадовался им, как старым друзьям, хотя, признаться, мне было немного завидно, что под столом уже не я, а Топорков. Это оказался старый перевод В. С. Лихачева, как значилось на рваной обложке той книги, по которой я в стародавние годы исполнял свою любимую роль.Этот перевод в настоящее время многими будет признан неточным, хотя бы уже потому, что в подлиннике "Тартюф" написан александрийским стихом, а у Лихачева -- разностопный грибоедовский ямб.Подлинник весь состоит из двустиший, рифмы которых чередуются в строгом порядке, а в переводе этот порядок нарушен, и рифмованные строки по прихоти переводчика то сходятся, то разбегаются врозь.Существует другой перевод той же пьесы, перевод Михаила Лозинского. В нем с добросовестной тщательностью воспроизведены и однообразная ритмика подлинника, и чередование рифм. И вот спрашивается, почему же театр с такой сильной литературной традицией, славящийся бережным отношением к писательским текстам, почему он отказался от точного перевода Лозинского и предпочел ему "менее точный" перевод Лихачева?Ведь в новом
Координаты: 1740 год; 0.25 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 52, для 10-х, 12-х классов.
Похожие книги