Писатель: Алексеев Вадим Викторович
Входит в цикл: “Повесть”
Глава в томе: Денница
Случайный абзац
На мне опять исполнились слова Апокалипсиса: "И дам ему звезду утреннюю" (Откр: 2,28). Я одновременно и постарел - ведь годы-то идут! - и помолодел. Лицо лишилось страдальческого выражения, которое придавали ему оргиастические морщины у рта и на лбу. Как и у прочих людей, частые оргазмы способствовали образованию этих морщин. Теперь этот процесс прекратился. В лице стали доминировать другие морщины. Благодаря им оно стало как бы "светиться". Но это пока не чудо а скорее благотворный результат здорового образа жизни. А я ждал от своего этического эксперимента именно чуда, причём чуда настоящего, несомненного, убеждающего в бытии Чудотворца. Имея философский и весьма критический склад ума, я обратил внимание на то, что чудеса, сотворённые Иисусом Христом, сами требуют веры в них. Причём это признавал и Сам Господь, неоднократно упрекавший учеников в маловерии: "Где вера ваша?" (Лук: 8,25); "что вы так боязливы, маловерные? (Мф: *.26); "Маловерный, зачем ты усумнился?" (Мф:14,31; "Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди отсюда туда, и она перейдёт, и ничего не будет невозможного для вас" (Мф: 17,20). Часто чудо, сотворённое Иисусом, заждется на авторитете свидетелей, который может быть сколь угодно большим, однако вряд ли свидетельство очевидцев сравнимо с видимым своими глазами. В христианстве меня прежде всего интересовала этическая его сторона, а не власть Спасителя над физическими законами. Но я амбициозно ждал от своего этического эксперимента не такого чуда, которое требовало бы веры, а такого, которое порождало бы её. Я прошу читателя хорошенько уяснить фундаментальную разницу между этими двумя видами чуда. Я требовал от Бога продемонстрировать такое чудо, наблюдать которое могли бы все, которое не исчезло бы как временное событие, но было бы вечным, равно убедительным для всех поколений будущих людей.
В своё время я приобрёл "Этимологический словарь русского языка" Макса Фасмера. Часто перелистывая его, я, конечно не мог не полюбопытствовать, что означает имя "Вадим". Оказалось, что оно одного корня с глаголом "вадить" - спорить, клеветать - который, кстати, есть в современном украинском языке. Вадим - это спорщик и клеветник! Что ж! В этом была своя правда. Как говорит латинская пословица, nomen omen - имя зачимо. Спорить я люблю и умею, а если вспомнить моё сотрудничество с КГБ, то меня, пожалуй, можно назвать и клеветником. Стоял на моей полке и "Санскритско-русский словарь", в котором я отыскал древнейшую семан
Координаты: 1031 год; 0.27 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 51, для 10-х, 12-х классов.
Похожие книги